©  Василь Ярошевич

Пер. В. Гиппиуса
Редакция театра

Арнольф, средних лет господин, для пущей аристократичности называющий себя «де Ла Сушем», собирается жениться на своей воспитаннице Агнесе. Панически боящийся женских измен Арнольф много лет держит девушку взаперти и пытается вырастить из неё «правильную жену». Но молодость и настоящая любовь, конечно, побеждают в этой истории про «Домострой» на французский лад.

Постановщиком в этой работе выступил Михаил Крылов (он же исполнит главную роль — Арнольфа), уже известный зрителям Мастерской по безудержному «Руслану и Людмиле». Там пушкинский текст был разобран настолько внимательно, что с него слетела пыль учебников по литературе, «Наше всё» сошёл с пьедестала и оказался живым, ироничным, не чуждым обычных человеческих слабостей и пороков.

В работе Михаила Крылова много импровизации. Кажется, будто сцена рождается на наших глазах, из ничего. Это актёрство, очищенное от шелухи. Наверное, так играла мольеровская труппа — на ходу выдумывая, веселясь, получая удовольствие друг от друга и от публики. Крылов ставит свой спектакль о любви и, в первую очередь, о любви к театру, но не пыльному, не красно-золотому. Его «Школа жен» о влюблённости в ремесло, о способности верить и находить театр во всём.

Вы можете найти отзывы зрителей о спектакле на нашем форуме по хэштегу #школажён

Все намекает на то, что перед нами не сюжет из прошлого, а игра в него. Игра искристая, очаровательная, легкая. Формально «фоменки» рассказывают про любовь. Фактически — про свой любимый театр и возможность разглядеть его в самых обыденных вещах и самых старомодных сюжетах.

Наталья Витвицкая, «Ваш досуг»

— Мне кажется, что одна из главных причин популярности „Школы жен“ заключается в вечном сюжете этой пьесы. История непростых отношений супругов актуальна всегда и везде, а особенно — в больших городах, где все происходит бурно, стремительно и непредсказуемо. В чем особенность конкретно нашей постановки? У нас в спектакле нет ничего, что выходило бы за рамки классического сюжета, однако мы попытались его немного осовременить как с помощью некоторых реплик, так и за счет сценографии и костюмов.

Из интервью Веры Строковой для газеты «Вечерняя Москва»

Хотя режиссер твердо намерен играть Мольера как драму, он не отказывается и от комедии. Его спектакль колеблется между театральной условностью и психологизмом, между «взаправду» и «понарошку». Актерам дозволяется заигрывать со зрителями и не скрывать собственной иронии по отношению к персонажам.

Антон Хитров, «Ведомости»

Здесь же бродячий и банальный сюжет, когда господин средних лет хочет взять в жены свою правильно ориентированную на благопристойный брак воспитанницу, чтобы обеспечить себе спокойную жизнь без рогов, облечен в такую игровую и притом замысловатую форму, что перипетии истории как-то отходят на второй план. Больше следишь за перемещениями в пространстве, пластикой и по-нахальному залихватской актерской игрой. Это касается как главных действующих лиц, так и второстепенных. У каждого свой рисунок роли, и каждый хорош по-своему.

Ирина Шведова, «Московская правда»

Сам Михаил Крылов играет персонажа, над которым по давней театрально-драматургической традиции принято смеяться: влюбленного в воспитанницу старика… Однако его Арнольф, бесспорно, не комический, а драматический персонаж, которому зритель может сочувствовать при всей его одиозности… Маленький, худой, неказистый Арнольф-Крылов — мужчина с заниженной самооценкой, убежденный в своей непривлекательности; несчастная воспитанница стала жертвой его чудовищных комплексов. Подобная роль требует бесстрашия и самоиронии, тем более, когда актер сам вызывается играть ее в собственной постановке.

Антон Хитров, «Ведомости»

…Выходит не комедия, а, скорей, трагедия маленького человека, эдакого мольеровского Башмачкина, который не успел полюбоваться воплощенной мечтой, как ее коварно отняли.
Мечта — юная Агнеса, та самая воспитанница Арнольфа (Вера Строкова) — ожидаемо скромна, послушна и воздушна. Красок немного, и все они пастельные до того момента, когда героиня в балетной пачке «черного лебедя», скинув серебристое оперение, вдруг перестает быть маленькой, миленькой, шаловливой девчонкой и проявляет собственную недюжинную волю и коварные женские качества.

Лариса Каневская, «Театральный мир»

Спектакль о любви, обмане и воспитании идеальной жены сделан с иронией и всерьез одновременно. Сентенции о верной и благочестивой жене, которые в устах Арнольфа звучат как мантра, изящно парирует его друг Кризальд. Их словесная дуэль проходит как импровизация, в которую вовлечены и зрители. К зрителям обращаются за советом, поддержкой, примером. Не только сцена, но и зал на наших глазах превращается в театр. Так принято было играть во времена Мольера, развлекая публику придумками на ходу.

Анастасия Плешакова, «Комсомольская правда»

Декорации и реквизит в «Школе жён» словно сделаны из воздуха — потому что сплетены из проволоки: облака, торт, сковородки… Правила супружества, которые Арнольф втолковывает Агнесе, тоже «написаны» проволокой — сперва они напоминают школьную доску, затем играют роль забора, а потом в мечтах опекуна превращаются в постель. С помощью этих «проволочных» слов Арнольф пытается подчинить Агнесу, запугать божьей карой, удержать. Только под конец пьесы он признается ей в любви и… распускает (на самом деле!) павлиний хвост! Но, увы, слишком поздно…

Юлия Жуковская, “Metro”

Спектакль можно смело рекомендовать всем, кто хочет провести приятный вечер в театре. Никаких глубокомысленных концепций и агрессивного осовременивания. Всё строго по тексту и согласно традициям. Скучать не дает добрая фоменковская ирония и интересные интонационные решения. 

Наталья Витвицкая, «Театрал»

Премьера: 22 декабря 2015 г.

Продолжительность: 2 часа 30 минут с 1 антрактом

Цена билетов: от 1500 до 20000 руб.