In English
История
Петр Фоменко
Неспектакли
Спектакли
Архив
На нашей сцене
Актёры
Режиссура
Художники
Руководство
Руководство
У нас работают
Стажеры
Панорамы
Пресса
Новости
Пресса

Видеотека
Вопросы
Титры
Форум
Заказ билетов
Репертуар на август
Репертуар на сентябрь
Репертуар на октябрь
Репертуар на ноябрь
Схема проезда
Документы




Твиттер
Фейсбук
ВКонтакте
YouTube
Сообщество в ЖЖ



Светлана Полякова
«Новые Известия», 10.04.2012

«Хочу делать только то, что не знаю, как сделать»

Полина Агуреева — одна из самых ярких актрис «самого женского» театра столицы — «Мастерской Петра Фоменко». За свою последнюю работу в спектакле «Пять вечеров» она выдвинута на «Золотую маску» в номинации «Лучшая женская роль». «Новым Известиям» Полина АГУРЕЕВА рассказала о своих привилегиях в театре, а также о том, почему снимается преимущественно у Сергея Урсуляка.

 — Полина, вы легко переживаете простои в работе?

 — Я отказалась от многого, поскольку хочу делать только то, что не знаю, как сделать. Недавно мы с Лешей Никишиным — талантливым фотографом, с которым я давно дружу, — придумали новый проект, который стал результатом нашего разговора о многоликости женской природы. Леша предложил сделать из моих фотографий подборку — некую женскую множественность. Мы хотим ассоциативно связать это с образами из живописи, например с Модильяни, поймать какое-то ощущение от его женских образов, возможно, увидеть связь с женщиной вообще, вне времени. Там нет ни грима, ни костюмов, ни цветочков искусственных. Хочется, чтобы у нас получился образ женской сущности — от Тулуз-Лотрека, Пикассо, Дейнеки и даже от Кандинского. Вообще, я, к сожалению, не так часто работаю над чем-то новым. И иногда приходят мысли, что Наполеон в моем возрасте уже проиграл свое Ватерлоо, Лермонтова уже убили, Пушкина убьют через два года, а я сижу и ничего из себя не представляю. У меня сейчас какой-то внутренний кризис, но это не связано с тем, что я ничего не репетирую. Просто экзистенциальный кризис. 

 — Ваш актерский стаж насчитывает уже пятнадцать лет. Поменялось ли за эти годы ваше отношение к театру?

 — Конечно! Стало уже совсем невозможно делать то, чего не хочется.

 — У вас есть привилегия не участвовать в том, что не нравится?

 — Надо признать, что такая привилегия есть у всех. Хотя это сложно. Но твой театр — это тот театр, который ты имеешь внутри себя и хочешь воплотить, а не тот, в котором ты служишь или работаешь по совместительству. Я очень благодарна Петру Наумовичу Фоменко за то, что он дал нам возможность поставить «Пять вечеров» на сцене его мастерской.

 — Кстати, ему спектакль понравился?

 — Мы очень волновались, но у меня было предчувствие, что ему понравится. Он сказал две прекрасные фразы: что «Пять вечеров» — это божественное убожество и что этот спектакль о людях, которые очень боятся жить, поскольку жить им очень хочется. Мы в шутку определили жанр «Пяти вечеров» как «дурацкий театр». Я в таком театре еще не играла, но зачем делать спектакль пройденного тобой театра?

 — Как влияет на жизнь актрисы Агуреевой критика?

 — Я помню первую в моей жизни критическую статью, в которой написали об Аликс — моей первой работе, в которой я много придумала, много актерских задач перед собой поставила. И роль была характерная — мне близкое трагифарсовое существование. И когда я прочла статью, которую написала критик Венгерова, меня поразило, что она увидела все, что я вложила в эту роль! Мне повезло, что первая же статья про мою работу оказалась такой умной. У меня после этого выросли крылья: я всегда боялась, что то, что я хочу сказать, окажется непонятым. Приятно, конечно, когда тебе говорят: «Вы очень обаятельная, живая». Но это — минимум того, что ты хочешь сделать. А когда видят заложенную тобой мысль — это большой подарок. Прошло много лет, но такие рецензии я могу пересчитать по пальцам. Еще помню статью Джона Фридмана, который, сам того не осознавая, предложил мне по-новому сыграть какую-то сцену. Он так ее увидел, что я подумала: «О, а я так не играю! Надо бы попробовать».

 — Вам легче с партнером играть или одной?

 — Театр как искусство, невозможен без партнера. Даже если ты стоишь на сцене один, у тебя есть партнер — зритель. Петр Наумович еще в институте нам много раз говорил, что на сцене наиболее интересен воспринимающий человек.

 — Воспринимающий партнера?

 — Воспринимающий все! У Петра Наумовича было еще любимое выражение, что самое интересное, когда в театре можно держаться за воздух. Я всегда это помню и считаю, что это — единственная возможность существовать на сцене.

 — Вы из первого поколения «фоменок». Видите сегодня преемников среди студентов?

 — Я еще не в том статусе, чтобы иметь преемников. Понимаете, студенты, конечно, очень талантливые люди. Но для меня важно, что человек несет этим талантом. Например, глядя на Антона Шагина, играющего на сцене, я вижу, что это не просто роль, а его человеческое высказывание. У него есть содержание и боль. А без этого скучно смотреть на актера.

 — В вашей фильмографии в основном фильмы Сергея Урсуляка. Почему?

 — Я не знаю, почему он пригласил меня в первый наш совместный фильм «Долгое прощание». Он достаточно поругал меня, пока работали. Но вот мы уже знакомы с Сергеем Владимировичем десять лет. Я давно считаю его близким человеком. Могу, например, позвонить и посоветоваться — сниматься мне в таком-то фильме или нет.

 — А вам нравятся его фильмы или у вас критический взгляд?

 — У меня на любой предмет критический взгляд. И на саму себя, и на близких друзей, и на режиссеров. Я знаю, что Сергей Владимирович — человек абсолютно искренний и подлинный. Помню, как ходила на пробы романтической, наивной до приторности комедии и думала: кто же это снимает? И увидела абсолютно циничного человека, который точно не верит ни в какую романтическую ситуацию, но готов снимать такое кино. Сергей Владимирович снимает только то, что чувствует и как чувствует. Мне кажется, это должно быть нормой. Сейчас время — полуобразованщины, которое меня очень раздражает. Люди, нахватавшиеся чего-то поверхностно, делают фильмы, спектакли, пишут книжки, и все это какое-то «полу»: полумысли, получувства. А Сергей Владимирович все делает по-настоящему. Мне кажется, это одно из самых важных условий в нашей профессии. 


Последние статьи о театре

Другие статьи: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79


© 1996—2025 Московский театр
«Мастерская П. Фоменко»
fomenko@theatre.ru
Касса: (+7 499) 249-19-21 (с 12:00 до 21:00, без перерыва)
Справки о наличии билетов: (+7 499) 249-17-40 (с 12:00 до 20:00 по будням)
Факс: (+7 495) 645-33-13
Адрес театра: 121165 Москва, Кутузовский проспект, 30/32
Rambler's Top100