©  Анна Белякова

Под звуки оркестра в карнавальном калейдоскопе спектакля вихляются и куражатся, как мелкие бесы, гоголевские персонажи. Панночка с её мертвецкой хваткой, скорбящий по утерянному носу коллежский асессор Ковалёв, сладкоречивый до тошноты Манилов — разноликое отребье карнавального ада, доведённое до абсурда. В этой чертовщине мертвых душ и Чичиков со своей вожделенной мечтой о собственности и капитале, с желанием серединного благополучия, умеренной сытости и «спокойного довольства». Современный человек из «ничего» делающий себе репутацию. 

Но где искать душу живую? А может, в кучере Селифане? Нелепом, смешном мужике-философе, который слышит потаённую музыку русской души? В его словах «Живи по правде!»?


Карнавальная мениппея — жанр, вбирающий в себя высокое и низкое. И в спектакле балаган и поиск истины, эксцентрика, сатира и всяческие нарушения общепринятых правил оказываются в органическом художественном единстве.

Отзывы зрителей на спектакль можно найти на нашем форуме по хэштегу #души.

«…Души» — истинный театральный карнавал, парад масок и типов, лихо, вслед за автором развернутых в архетипы.

[…] Две противоположные краски — «смешно и горько, сладко и солоно, весело и ужасно» — смешаны постановщиком в идеальных пропорциях: спектакль смешной, без натуги и суемудрия, временами тонкий, местами грубоватый, с легкой пудрой мистики и тонким привкусом гоголевских идейных каденций, обольщений-заблуждений. Он и держит, и летит. Молодая режиссура может быть иногда очень скучной просто в силу беспомощности, но вот недавние «Сто лет одиночества» Егора Перегудова и теперешние «…Души» — образец молодого постановочного драйва; он же всегда — отвага.

Марина Токарева, «Новая газета»

Рафинированные артисты Мастерской погрузились в этот мир балаганной свободы и яркости с радостной готовностью и акробатической лихостью.

В «…Душах» артисты Мастерской, вот уж точно — «с куражом» работают.

Давно на нашей сцене не был спектакля столь смешного и страшного, отчаянного и праздничного. Жесткий режиссерский каркас постановки расцвечен целым фейерверком актерских удач.

Ольга Егошина, «Театрал-онлайн»

Но ты все же стряхнёшь с себя печаль и продолжишь удивительное путешествие в мир Гоголя, текст поэмы которого в спектакле дополнен репликами из «Ревизора» и «Гамлета» и щедро «сдобрен» словами Пушкина, Лермонтова, Чехова… И насладишься изумительным игровым остроумным театром, дивной трогательной и умной клоунадой, заставившей тебя ностальгировать по тем славным временам, когда первый фоменковский «призыв», тогда ещё не ставший в полном смысле слова театром, сладостно и счастливо «балаганил» в своих ранних студенческих опусах. […] Чувствовалось, что «фоменки» — юные и опытные — купаясь в своих ролях, давно не испытывали такого творческого наслаждения. 

Павел Подкладов, «Подмосковье без политики»

Молодой режиссёр беспощадно «содрал» с них накопленные за годы работы если не штампы, то привычные представления об их амплуа и психофизике и увлёк в водоворот удивительного действа, в котором эксцентрика органично сочетается с серьёзной психологической простройкой каждой роли. И поэтому любой из героев этой мениппеи при всей своей одиозности и гротесковой шаржированности оказывается неоднозначным и глубоким. 

Павел Подкладов, «Подмосковье без политики»

В этой меннипее органично соединились замысел, его остроумное сценическое воплощение, изобразительное решение […] и прекрасная музыка в исполнении замечательного «Оркестра пятерых». Но главный вывод, который сделал автор этих строк, состоит в том, что в любимой «Мастерской Петра Фоменко» появился умный, талантливый, «выбирающийся своей колеёй» режиссёр, который способен дарить зрителю праздник. 

Павел Подкладов, «Подмосковье без политики»

Спектакль стал для меня погружением в карнавализацию потустороннего мира. И данное действо было совершенно мастерски поставлено и сыграно. Кружатся, вьются, танцуют и шатаются герои и персонажи гоголевских произведений. Вся вереница личин кружится в карнавальном шествии, но шествии особенном — потустороннем, из мира страшных снов, кошмаров, тёмных и мрачных дверей, народных преданий и легенд.

Марина Абрамова, «Ревизор.ru»

Блестящая Коробочка Полины Агуреевой, очумело приветливая, алчно скопидомистая, с признаками стихийной нимфоманки; и ее же, Агуреевой, виртуозный артистический выход в роли Общества — жадного сплетника, всегда готового к злым пересудам. […] Агуреева, сильная трагическая актриса, тут радостно плещется в океане комедийных возможностей, и острые гротескные инструменты, оказывается, ей и по руке, и по силам.

Марина Токарева, «Новая газета»

Дело не в том, что Полина Агуреева актриса прекрасная и в этой сцене у нее, опять же строго по Гоголю «ух какая юркая прыть женского характера! хотя подчас в каждом приятном слове ее торчала ух какая булавка!». Дело в том, что эта сцена — кульминация спектакля «…Души». Или спектакль в спектакле.

Игорь Вирабов, «Российская газета»

Премьера: 5 июня 2017 г.

Продолжительность: 2 часа с 1 антрактом

Ближайшие даты исполнения:

Цена билетов: от 2000 до 20000 руб.